Скверная собачка

- Шельма! Ше-ельма-аа!... Детские крики, визг тормозов и собачий лай о семи хвостах… Зимин спросонья поморщился и прикрыл балконную дверь.

Разорвите меня зубами Вашей критики!

Разорвите меня зубами Вашей критики!

Разорвите меня зубами Вашей критики!

Разорвите меня зубами Вашей критики!

Тем летом я много путешествовал, побывал в разных интересных местах нашей необъятной страны, но самые дорогие воспоминания остались у меня о Карелии. Белые ночи... Чистые прозрачные озера... Серые скалы, покрытые мхом... Высокие корабельные сосны, достающие кронами до неба... Черника, в изобилии растущая на склонах...

Каждый день, утром и вечером, по дороге на работу и по пути домой я проходил по этому подземному переходу. Зимой я ненадолго окунался в какое-никакое, но все-таки тепло, а летом спасался хоть на пару минут от палящего городского зноя. В переходе с раннего утра и до позднего вечера шла бойкая торговля. По сути, здесь расположился мини-рынок, где можно было купить и одежду с обувью; и пиратские диски; и всякие безделушки, вроде огромных размеров кошельков, тупых ножей, стеклянных бус, солнечных очков с пластмассовыми стеклами и прочего в том же духе. В переходе стоял киоск с разным fast-food'ом, а также соки, воды, чтоб все это запивать. Ларек этот был чрезвычайно популярен, почти всегда возле него стояла очередь. Бывало, по вечерам, возвращаясь с работы голодный и уставший, и я останавливался возле заветного ларька, чтобы купить слойку или пирожок. Пока ел, точнее обжигаясь проглатывал долгожданные аппетитные кусочки, я рассматривал продавцов и предлагаемый ими товар. На стенах перехода одновременно уживались надписи типа: "Punk's not dead", "Nirvana", "ГрОб" и "Здесь были Толян и Пухлый", "Сидоров лох", "Вася+Маша=love". В переходе всегда играли музыканты. Иногда даже несколько одновременно. Поскольку переход был довольно длинный, в одном его конце пожилой мужчина мог наяривать на баяне, в центре лихие панки орать что-нибудь вроде "I wanna be your dog", а в другом его конце маленькая девочка нежно играла какую-нибудь трогательную и красивую мелодию на флейте.

– Евгений, возьми цветы – предложила Раиса Петровна, кивнув на букет чайных роз.
– Зачем они мне?! – вырвалось у меня машинально.
– Девушке своей подаришь. Ей приятно будет. Женщины любят, когда им дарят цветы.
В качестве ассистента я присутствовал на экзамене по истории у 11-х классов. Слушал, задавал вопросы. Выпускники отвечали в основном хорошо, уверенно, интересно было их слушать. Многие из них, как водится, пришли с цветами. После экзамена учителя распределили букеты между собой: кто-то взял себе алые тюльпаны, кто-то – гвоздики цвета топленого молока. Мне достались чайные розы, пять великолепных цветков.

Я должен убить ее...

посвящается творчеству

-Да. Выехала? Нет, еще стоим…Что? Что?... Говори громче – электричка тарахтит, и я ничего не могу разобрать. Что? Да вот только села. Любимый, сегодня воскресение – все едут в Москву. Тут такая давка! А?.. Нет. Можно я тебе позже дозвон сделаю?.. Люблю тебя, да! Целую в ухо! Чмок тебя. Да, попозже созвонимся, Дим. Пока.
Варя положила телефон в карман куртки и повернулась к окну. Однако, она не могла долго любоваться пейзажем, так как чувствовала, что сидеть вот так, когда столько людей стоят, не может. Варя встала.