Разорвите меня зубами Вашей критики!

Вечер был ужасный, протрезвев наконец, я понял, что совершенно банкрот. Владелец моей съемной квартирки избил меня шваброй. Требовал деньги, иначе выселит. А я даже холодильник отыскать не смог, чтобы чем-нибудь перекусить.
Продал, наверное уже,как и телевизор со всей мебелью, и стиралку, и люстру даже. Короче я ему пообещал, что все заплачу до цента завтра утром. Он меня на всякий случай утюгом огрел по голове.
Я попал. Последнее, что у меня осталось – старенькая пишущая машинка с черными клавишами. Ее не было смысла даже пробовать продать. Бутылка плохого вина, и то дороже моей помятой старушки-развалюхи. Да и на чем прикажете писать? Я так свой вечно вчерашний хлеб покупаю, между прочим. Как же зарабатывать всю сумму, а это целых 20 долларов за несколько часов? Написать стих или рассказ и отнести в ближайшую газетенку? Даже если согласятся напечатать, (что со мной в последнее время случается редко), получу я максимум пять грязных зеленых бумажек. Настолько измятых, что приличного человека стошнит. Но это не главное, мне останется добыть еще три четверти долга. Оставив эту дилемму на позже, я заправил бумагу в мою машинку, и начал печатать. Сам удивляясь своей быстроте, закончил довольно быстро. Скорость качеству не помогла, и получился очередной литературный выкидышь. Рассказик, с какими обычно ходят по большой нужде, за отсутствием свежей прессы. Накинув пальто, вынул свой «шедевр» из машинки, и бегом в редакцию близжайшего журнала «Liter», рассадника бездарей и их мусора. Запыхавшихся, я бил в двери их издательства мозолистыми кулаками. Мне открыли. Их дебильного вида главный редактор поприветствовал меня изысканными словечками из своего словарного арсенала. Не обратив на это внимание, я протянул ему мой рассказ. Он прочитал его, все еще ругаясь, и закончив, наконец заявил: - «Даже мы такое дерьмо не публикуем, мистер». Я попробывал его уговорить, но он лишь смял заветный листок, загоготал и был таков, сильно хлопнув дверью. Отлично, что теперь делать? Я бродил по улицам, плевался в урны и мимо, пинал пустые банки из-под пива и чуть ли не сдох со смеху в порыве истерики. Разглядывал витрины пока не закрытых магазинов . И восхищался светом и величием луны. Задул ветер, плавно перейдя из штиля в ураган, принеся с собой снег и холод. Кое-как отыскав где-то на дне кармана брюк доллар с чем-то, я решил, что черт с ним со всем, и заглянул в какую-то забегаловку. Согреться, выпить.
Бар оказался очень маленьким по площади помещением, народу же было хоть отбавляй, не протиснешься, не пройдешь.
Кое-как мне удалось проползти до барной стойки. Табурета не сыскал, не важно, хорошо хоть ничего не сломал среди всей этой суматохи.
Бармен, метавшийся от одного клиента к другому, в слабом освещении помещения, походил на призрака. Поэтому я вздрагивал всякий раз при его приближении, и долго не решался что-либо заказать. Но в горле пересохло, так что я попросил две порции кальвадоса.
С чаевыми уплыли все мои деньги, а кальвадос оказался какой-то зыбкой жижой с плавающими в нем волосами. Я горько заскрипел зубами.
Домой. Подальше отсюда. Хоть к черту на куличики.
Пробираясь через груду потных тел к выходу, я почувствовал чью-то ладонь на своем плече, обернулся.
Стоял там старичок с лицом в кусок глины, такое недоделанное и мятое, глупое, желтое от никотиновой дымки.
Он нескромно икнул мне прямо в лицо, а затем обратился:
-Эй, парень, я тут случайно увидел, что вы, так сказать, особо не при деньгах, может ошибаюсь…
-Не ваше собачье дело!
-Раз не надо, то я уйду. Мне не хотелось вас оскорбить, парень!
-Без сантиментов, прошу. Ладно, предположим деньги мне нужны. Но что за предложение?
-Кулачный бой с одним из моих ребят. 3 раунда продержишься – 50 долларов, все 12 раундов – 200 долларов, а если вдруг победишь (тут он усмехнулся), так озолотишься! Расценки ясны?
-Да. А с кем бой?
-С Булли.
-Тем, который кулаком на тот свет посылает?!
-Угу. Так какой ваш ответ?
Я гордо врезал ему в физиономию, придав ей более конкретную форму – многоугольник, и весело зашагал куда-то в ночную тьму, озаряемый светом лучей неоновых реклам.
К черту все.
Veni, Vidi, Vici.