Николас, увалень с большими серыми глазами на крупном веснушчатом лице, боязливо подошёл к родному крыльцу. На старых досках. пола, затёртых ногами двух поколений Маржински, лежал продолговатый конверт. Из дорогой бумаги, с золотисто-чёрными вензелями адвокатского дома Майеров, он очень необычно выглядел здесь. Странное чувство легло вдруг на душу Николаса. Что именно его, а не конверт на крыльцо, только что выбросило из привычной жизни какой-то внезапной волной. Но и попав в дом, послание ещё два дня оставалось нераскрытым, не взирая на любопытство хозяина. Было любопытство, но было и непонятное опасение. На следующий вечер в посёлок неожиданно пришла гроза. Порыв ветра разбил стекло открытой форточки, и тут же ливень небывалой силы упал на видимый мир. Казалось, с неба ниспадала могучая река. Домик стонал и трещал, едва выдерживая её. Скоро, после треска в счётчике в прихожей, ещё и отключилось электричество. Комната уже освещалась лишь вздрагивающим пламенем свечи и отблесками молний. Они били почти непрерывно, словно устроили себе гнездо в тучах прямо над домом. Прислонённый к зеркалу на тумбочке, конверт отбрасывал неестественную чёрную тень. В свете молний он словно увеличился в несколько раз. Неожиданно для самого Николаса, рука его быстрой плетью перекинулась через угол стола и схватила конверт. В тот же миг разом закрылись все небесные краны и опустело гнездо молний. Сам собой включился свет, пока слабый, словно кто-то под шумок поменял лампочки на менее мощные. Николас распечатал послание. На бумаге, на ощупь напоминающей пергамент, душеприказчик сэра Вильямса адвокат Густав Майер имел честь сообщить господину Маржински следующее. Что, во-первых, тот является единственным законным наследником вышеупомянутого сэра. И, во-вторых, адвокат ждёт Николаса в любое удобное для него время в своей конторе на Орижин-стрит, для ознакомления с завещанием покойного. Ехать в душный агрессивный город Николасу очень не хотелось. С его шумным транспортом, грубыми людьми, всеобщей спешкой… Энергичностью Николас не очень отличался. Много ближе ему была неторопливая жизнь в деревне, на природе, в окружении кротких животных и добрых спокойных людей. Нехорошее предчувствие угнетало Николаса. Только было нежданное наследство сейчас весьма кстати. Оно могло поправить совсем не блестящие дела молодого фермера. Странно лишь, что ни отец, ни маменька, пока здравствовали, ни о каких родственниках ни разу не упоминали. На следующий день с утра Николас созвонился с секретарём адвоката и через час был уже в офисе. Тяжёлая старинная мебель, бархатные портьеры, ковры на полу, дубовые панели стен - всё говорило о солидности конторы. А Николас сидел на самом краешке стула и конфузился от задравшихся наверх штанов, открывавших его старые ботинки сорок шестого размера. Адвокат, старичок с фигурой четырнадцатилетнего подростка, лично отправился за какой-то коробкой. Ожидание затянулось. Маржински начал размышлять о скоротечности человеческой жизни, о неминуемой смерти, сэре Вильямсе… Было по человечески жаль ни разу не виденного далёкого родственника. Не взирая даже на глухую молву о его причастности к каким-то убийствам. Когда богатый человек живёт всю жизнь один, люди расцвечивают его жизнь для себя самыми немыслимыми слухами. Крючковатый нос на морщинистом сухом лице, лысина, чёрный сюртук - адвокат наконец-то появился в дверях с большой плоской коробкой. Тщательно уложив её на стол, начал открывать со словами: - По завещанию должен вручить …, распечатать только при передаче лично в руки… Глаза Майера округлились, когда среди бумаг показался огромный пистолет. Прямо через полкомнаты он прыгнул в правую руку Николаса, никогда не знавшую веса оружия. Левая, еще не очень умело, уже навинчивала невесть откуда взявшийся глушитель. Грубое и безразличное сознание подавило Николаса. Мысли стали странными и совершенно чужими. Он медленно поднял пистолет. Адвокат в ужасе смотрел за движениями гостя. Словно сом без воды, он открывал и закрывал рот, пытаясь что-то сказать. Сухо шёлкнуло, словно хворостину сломали, и старый Майер ссунулся на пол с дыркой во лбу. - Та-ак, - отстранённо думал Николас, - меня видел ещё секретарь, привратник внизу, возможно, полицейский на углу… В пламени разгорающегося пожара он безразлично посмотрел на лежащие в коробке бумаги о какой-то усадьбе, земле, пнул их поближе к огню. Наёмным убийцам его уровня мелкие подачки не нужны. Всем этим Николаса очень быстро обеспечит новый друг и повелитель сорок четвёртого калибра.