Герои ушли. В потной комнате остались лишь их силуэты. Они висели в воздухе, качаясь словно люстры, готовые упасть.
И разбились мечты. О серый потолок, об ободранные стены. И дырки в углах напоминали следы огромных пуль, всаженных в сердце.
Что теперь плакать и стенать, если нет ничего. Ни мечты, ни надежды, ни призрачного ожидания. Все таяло, таяло и растаяло до крошечного пятна. Пятна где-то в углу комнаты, еле заметного, почти можно не обращать внимания. Оно лишь временно, это пятно, оно тоже растает, совсем скоро, через несколько месяцев. И тогда останется совсем вязкое и тягучее Ничего. И ты встанешь утром и окажешься совсем в другом мире. Мире без сердец и людей, в мире потока и теней, пробегающих мимо. И ты будешь незаметен для них, потому что станешь прозрачным, растворишься в воздухе, чтобы не сталкиваться с тенями. Тени утомляют. Они нанесли много темной жижи вокруг, ее всю не разгрести. Света мало, и очень устаешь раскидывать все вручную. Одному трудно. А герои ушли. После детской радости наступает взрослое горе.

Соня родилась. Она не причинила матери боли, хотя была довольно большая – больше четырех килограммов. Она хорошо ела, сильно не утомляла, но ее часто оставляли одну. От этого Соне было одиноко и страшно. Она очень ждала, когда к ней подойдут. Проситься на руки она перестала года в два. Чувствовала, что это нехорошо по неодобрительным взглядам. К четырем годам она старалась никому не мешать, все были очень заняты, и нужно было сидеть очень тихо и незаметно. Соня чувствовала себя виноватой, если ей что-то было нужно. Она была уже виновата за то, что чего-то хотела, - это обременяло других.
И Соня старалась не хотеть. Ничего. Для других можно было, для себя – нет. Так она и привыкла.
Сколько тебе осталось Соня, чтобы ничего не хотеть. Сможешь ли ты перешагнуть ту грань, чтобы перестать бороться или взовьешься до небес в безмолвном крике обиды, что ничего не получилось. Ничего. Двадцать лет борьбы – это много или мало? Шансы таяли с каждым годом. А теперь, Соня? Сколько шансов останется после сорока. Хоть мизерный, как то пятнышко, насколько тебя хватит, пока оно не исчезнет, и ты не взовьешься или взорвешься. Ты тогда, наверное, взорвешь мир. Или он тебя. Третьего не дано. Если ты взорвешься тихо, то просто подорвешься сама как на подброшенной гранате извне, которую ты не смогла обезвредить или выкинуть обратно – в тот мир.
Но ты уже несколько раз взрывала мир, маленькими небольшими разрядами. Мир менялся, а ты нет. Ты только чувствовала усталость после этих взрывов. Сейчас периодически еще клокочет вулкан, который ты пытаешься успокоить и построить на нем город, нерушимый. Чтобы никто… Никто не смог его разрушить. Чтобы как за каменной стеной, в покое, безмятежности и понимать и верить. Но город рушится, он не выстаивает, этот город, ему не на чем держаться, Соня. Его фундамент подмыло давно, еще тогда, когда ты была никому не нужна и тихо сидела в углу. Потом громко стояла в углах, потом пошла на восстание, а потом тебя убили, Соня. Ты не заметила, что тебя убили, Соня? Ты существуешь лишь в призрачном свете, сталкиваясь с тенями похожими на людей. Но они не те люди, которых ты бы хотела встретить. Герои ушли. Вместе с книжками, которые ты перестала читать. Потому, что там неправда. Потому что никто никому не нужен по-настоящему, в свете. Только в тени. Эту тень подсвечивает крупный фонарь чьего–то эго, и все. У каждого есть личный фонарь. А у тебя его нет, Соня. Тебе разбили его очень давно. И ты взрываешься, как звезда, сжимаясь все больше и больше. Есть ли жизнь для тебя Соня, если город не построить, где ты укроешься? Где ты найдешь фонарь и сможешь ли ты больше не взрываться? Может, хотя бы построишь только один дом. Но где твой фундамент, из чего ты его сделаешь, ты же ничего не умеешь, Соня. На чем ты будешь стоять? Твой фундамент смыло водой, а его давали при рождении. Он у тебя был маленький, а надежды очень большими, а мечты еще больше. Вот и рухнул и домик, и фундамент потрескался. Как ты сделаешь себе другой?
Тебе надо переродиться. Сейчас, самой. Ты теперь сама себе родитель и, может быть, возведешь новые стены?
А может, просто сделать ремонт, залатать, укрепить фундамент. Может быть, даже расширить его для больших возможностей, раз уже остались руины. Снести все сверху и строить заново. Если потная комната с дырками - это все, что осталось у тебя? Может быть, тогда герои вернутся. А на тени можно будет не обращать внимания. И спертый воздух, приносимый от общения с тенями, не будет оседать на твоих новых стенах. И может быть, как знать, может быть, эти тени обретут нормальные лица?
Залатать то, что есть? Хотя бы одну комнату, пока. Так как новый дом ты все равно не знаешь, как построить. Для этого надо родиться, а не переродиться. Ты пока можешь только сделать свой дом из того, что осталось… и из того, что удалось найти. А новый, может быть, получится построить для другого, долгожданного маленького другого. Тот… лучший дом.