Сказка. Древо жизни

Закрепившись в многовековой земле, корни священного ясеня, Иггдрасиля, подарили Вселенной необъятную крону. В свою очередь она принесла сочные плоды. Каждый листок Иггдрасиля неповторим. Он заключает в себе отдельную человеческую судьбу.
Шаман, по прозвищу Одинокий Медведь, сидел рядом с больной дочерью, крепко держа ее маленькую ручку. Шаман знал, почему его духи - проводники взбунтовались и наслали болезнь. Многолетний союз был разрушен одним неверным поступком.
Как-то раз Одинокий Медведь, как обычно, ударил в бубен. В ритуальном танце к нему прискакал белоснежный олень. Животное, словно вихрь, закружилось вокруг шамана, подняв его над землей. Заинтригованный, Одинокий Медведь не проронил ни слова. Он покорно повиновался.
Повиснув на оленьих рогах, шаман смотрел вниз, разглядывая причудливые очертания. Он видел реки, горы, равнины. Ему показалось, что он улетел далеко от родного края.
Неожиданно олень застыл в воздухе.
- Тут наши пути расходятся, - сказал он низким человеческим голосом. Тебе надо добраться до Древа Жизни.
- Как?
Олень начал трясти головой, пытаясь избавиться от шамана.
- Отпусти рога, - просило животное.
- Я же тогда упаду.
- Если ты не отпустишь меня, тебе никогда не добраться до Древа.
Одинокий Медведь сделал так, как велел мудрый олень. В мгновение ока шаман оказался на толстой ветке. Он осмотрелся. Ничего, кроме пышной кроны, не увидел.
Удобно расположившись на суку, шаман стал разглядывать листья. Не отрывая от ветки, он бережно положил их на ладонь. «Они все разные: совсем маленькие, средние или очень крупные», - подумал он.
Случайно шаман нашел необыкновенно красивый листок. «Он отличается от других. Какие сочные краски! Раньше мне не доводилось видеть столь прекрасного листка», - восхищался Одинокий Медведь. Повертев его в руках, шаман не удержался и сорвал. Словно живой, лист выпрыгнул из рук, падая вниз.
Шаман почувствовал себя очень неуютно. Сердце билось часто и неровно. «Пора покидать это место», - сказал он себе. – «Как выбраться отсюда?». Ответ пришел моментально. Вдруг откуда-то с неба спустился огромный орел.
- Садись на меня скорей. Натворил ты тут дел, - сказала птица.
- Я был зачарован тем листом.
- Ты держал в руках чью-то судьбу. Теперь ее владелец умрет, потому что лист упал, - укоряющее произнес гордый орел.
- Что же мне делать?
Птица ничего не ответила. Орел взмахнул широкими крыльями, как только шаман взобрался на его спину. Огибая ствол Иггдрасиля, птица начала спускаться.
Ствол Древа был очень толстым. Ни одно дерево не обладало такой прочностью, как Иггдрасиль. Корни распростерлись по всей Земле. Они глубоко залегли в Хеле, царстве мертвых.
Шаман ступил на мягкую почву, и орел незаметно улетел. Одинокий Медведь расстроился из-за того, что не успел поблагодарить вещую птицу. Поникнув головой, шаман побрел в сторону дома. Спустя сутки, на горизонте показалось его селение.
Одинокий Медведь был вымотан. Он в любой момент мог упасть. «Лишь бы дойти до дома. Осталось совсем немного», - подбадривал он себя.
Увидев свою кровать, шаман очень обрадовался, потому что пережил трудное, но путешествие. Ни разу ему не доводилось испытывать таких переживаний. От усталости ноги шамана подкосились, и он рухнул на пол. На его морщинистом лице появилась широкая улыбка. Он был счастлив.
Одинокий Медведь пришел в себя через три дня. Открыв глаза, он увидел перед собой людей. Они склонились над ним, о чем-то совещаясь. Шаман не расслышал ни слова. Он попытался заговорить, но язык, словно присох.
- Молчи, - сказал рослый загорелый мужчина. – Не трать силы.
Одинокий Медведь присмотрелся к нему и узнал своего друга.
- Что ты здесь делаешь, Тавок? – спросил шаман.
- Ты разве не помнишь, что с тобой произошло?
- Смутно…
- После окончания ритуального танца ты упал замертво.
- Нет, всё было по-другому, - с раздражением произнес шаман.
- Что ты пережил? – поинтересовался Тавок.
- Красивый олень доставил меня на Древо Жизни. Оно великолепно. На нем растет миллион неповторимых листков. Я сорвал один…. И нечаянно уронил. За мной прилетел гордый орел и спустил на землю. Сутки я добирался до дома, - с ноткой сожаления сказал шаман.
- Вчера умер Сверкающая Молния, - с грустью в глазах промолвил Быстрый.
Одинокий Медведь промолчал. Он понял, что смерть наступила по его вине. Сверкающая Молния был самым старым и мудрым шаманом племени. Его любили и почитали. Он отводил злых духов, возвращая больному здоровье и процветание. Не раз спасал людей от голода, задобрив божеств-хранителей.
- Уходите! Я хочу остаться один, - закричал Одинокий Медведь.
Мужчины переглянулись и вышли. Шаман схватился за голову. Он не понимал, что делать дальше. Впервые он зашел настолько далеко. «Не миновать беды», - подумал он. Одинокий Медведь оказался прав. Через неделю заболела его дочь.
- Сверкающая Молния забрал ее душу с собой. Он был хитрый и умелый шаман, - сказал Тавок, осматривая девочку.
- Мне надо отправляться в Нижний мир, - сказал Одинокий Медведь.
- Другого варианта нет, - согласился Тавок. – Завтра полнолуние.
Взяв бубен и священные грибы, Одинокий Медведь поднялся на гору. он настроился решительно на путешествие за душой дочери. Бубен издал резкий дребезжащий звук. Тело шамана налилось тяжестью. Вдруг он увидел огромную зеленую змею. Она появилась из-под земли, ритмично покачивая головой.
- Проводи меня в Нижний мир, - повелительно сказал шаман.
- Чем ты меня вознаградишь?
-Богатым подношением.
На секунду змея задумалась.
- Ладно, садись на меня.
Поклонившись, шаман взобрался на змеиную спину. Рептилия быстро юркнула в кусты. Неожиданно земля покрылась трещинами.
- Что происходит? – взволнованно спросил шаман.
Не ответив, змея ловко проскользнула в широкую щель. Одинокий Медведь понял, что здесь Нижний мир. Стояла холодная и давящая тишина.
Повсюду простирались корни Иггдрасиля. Шаман восхитился тем, как причудливо они переплетались. Ему было не ясно, откуда они брали начало и как глубоко уходили в землю.
- Что ты здесь забыл? – спросила рептилия.
- Я пришел за душой дочери.
- Сказал бы сразу! Надо ползти ниже.
Прорыв узкий проход, змея еще немного спустилась.
- Помогай мне, - приказала она. Одинокий Медведь принялся разгребать землю. Поначалу работалось легко, и он не чувствовал усталости. Но чем дальше продвигался вниз, тем становилось труднее. Шаман не останавливался ни на секунду, стирая руки в кровь.
Вскоре его взору открылось удивительное зрелище. Он увидел город, в котором кипела жизнь. Как муравьи, сновали люди. Одни – строили великолепные дома, другие – торговали или занимались ремеслом. На первый взгляд, всё было так же, как и в Царстве живых. Город поразил шамана своей красотой. «Люди потрудились на славу», - сказал он вслух.
- Одинокий Медведь, присмотрись, и ты поймешь, что все - иллюзия, - произнесла змея.
- Знаю, но поддаюсь на уловки Царства мертвых.
- Будь осторожнее. Ты можешь остаться здесь навсегда.
Одинокий Медведь отправился на поиски Сверкающей Молнии. Задача оказалась непростой. Шаман даже не мог представить, какое место отвели старику.
Внезапно пришло озарение. Продираясь сквозь корни, Одинокий Медведь разглядел в них лица. «Так оно и есть! Корни заключают души», - обрадовался он.
Шаман осмотрелся, но лица Сверкающей Молнии не увидел. Нежданно Одинокий Медведь обнаружил под ногами большого черного паука. Шаман почувствовал опасность в виде энергии грубых вибраций, поэтому решил избавиться от назойливого гостя. Убить паука оказалось непросто. Ему удавалось вовремя увернуться от широкой стопы Одинокого Медведя.
Преследуя паука, шаман ушел далеко. «Ты мне уже надоел», - крикнул он пауку и решительно занес над ним ногу. Раздался пронзительный крик. Подземное царство сотряслось. Паук был раздавлен. Шаман нагнулся, чтобы рассмотреть мохнатое тельце. Одинокий Медведь удивился, когда увидел человеческую голову.
Вдруг в воздух поднялась легкая струйка дыма. Ее стало куда-то уносить. Шаман последовал в том же направлении. «Совсем скоро я увижу старика», - подумал он. Не закончив мысль, шаман услышал низкий скрипучий голос. Дымок растворился, оставив после себя приятный аромат.
- Одинокий Медведь, я перед тобой, - произнес толстый корень, сквозь который просматривалось лицо Сверкающей Молнии.
- Верни, пожалуйста, душу моей дочери.
- А кто вернет мою? Ты виноват в моей смерти. Отнял жизнь. Теперь мне приходится прозябать здесь. Ты знал, что расплата непременно будет.
- Я допустил ошибку по глупости. Конечно, я повидал много, но Иггдрасиль предстал передо мной впервые.
Выйдя из корня Священного ясеня, дух Сверкающей Молнии сделал три круга вокруг шамана и остановился.
- Что ты держишь? – поинтересовался Одинокий Медведь.
- Шкатулку. Я храню в ней самое ценное.
Прижав к себе, старик бережно потер резную крышку.
- Что в ней?
- Душа твоей дочери, - сказал Сверкающая Молния.
- Отрой шкатулку, - взмолился шаман.
- Хорошо. Если вернешь мне жизнь, твоя дочь будет жива.
- Как?!
- Думай сам.
Сверкающая Молния вновь вошел в корень древа и замолк. На любые вопросы Одинокого Медведя он отвечал молчанием. Обессилев, шаман подбадривал себя мыслью: «Раз он умер по моей вине, значит, и родится по моему желанию». Всё было поправимо. Осталось понять, как вернуть лист на крону Иггдрасиля.

Нашли шамана на следующей день. Он крепко спал, обняв свой бубен. Его одежда была потрепанной и грязной.
- Просыпайся, - сказал Тавок, положив руку на живот Одинокого Медведя.
Поворочавшись, шаман принял прежнее положение.
- Тебе надо поправляться и пополнять свой энергетический запас. Ты высох, как река от зноя, - продолжал говорить Тавок, пристально посматривая на лоб друга.
Шаману снилось, что он парит над землей, словно птица. Он безмерно радовался появлению больших серых крыльев. Облетев земной шар, Одинокий Медведь поднялся к небу. Перед ним открылся чудесный золотой дворец, сверкавший всевозможными цветами и оттенками. Подлетев к обители божественной энергии, шаман искупался в ее свете. Он испытал неземной покой и благодать.
Пока Одинокий Медведь наслаждался, по небу пронеслась молния. Подпалив крылья шамана, она скрылась. Дворец стал отдаляться. Шаман падал в черную бездну. Он настолько был заворожен сиянием космической энергии, что не сразу заметил исчезновение крыльев.
Снизу кто-то протянул руку и поймал Одинокого Медведя. В прикосновении шаман узнал что-то близкое и родное. Издалека слышался детский голос: «Папа, держись». Эхо отразилось от небесного купола и упало проливным дождем.
- Где моя дочь?! – вскочив, закричал шаман.
- Успокойся. Она дома. Видишь, начался ливень, пойдем отсюда, - ответил Тавок, рассматривая тонкие тела друга. – Ты растратил много жизненной силы. Твоя защита ослабла. Я не советую рассчитывать на помощь духов–покровителей.
- Я сам знаю. Поверь, скоро всё изменится.
- Без сомненья, - сказал Тавок, улыбнувшись во весь рот.
Попрощавшись, шаман одиноко побрел домой. Он думал о Иггдрасиле и его листьях.
Дочь спала. Но как только на пороге появился отец, она открыла глаза. Девочка рассказала о разговоре с духом.
- Он пришел к тебе во сне? – спросил шаман, поглаживая руку дочери.
- Я не помню. Всё было, как наяву.
- Он просил кое-что передать тебе.
Девочка прижалась губами к уху отца. Она что-то шепнула, отчего шаман улыбнулся. Он не думал, что так скоро найдет ответы на свои вопросы. Его переполняла радость. Одинокий Медведь прослезился и обнял ребенка.
Шаман удобно расположился на склоне крутого холма. Повертев в руках деревянную трубку, он вспомнил своего отца. Это был мудрый человек, достойно проживший долгие годы. Применяя знания, посылаемые Вселенной, он смог добиться совершенства в практике. Заключив свои умения в курительную трубку, он передал их сыну. Едва уловимые ощущения смешались, будто прошел ливень, превратив землю в грязь.
Одинокий Медведь махнул рукой, пытаясь отогнать прошлое, как назойливую муху. Воспоминания отбирают силу, делая человека не тем, кем он сейчас является.
Наступал вечер. В это время суток шаману дышалось особенно легко. Пристально вглядываясь в сумеречные очертания, он открывал дверь в иной мир. Пространство наполнялось звуками и диковинными образами. Прислонившись к большому круглому камню, Одинокий Медведь тихо разговаривал с ним. То, что поведала дочь, его поразило. Данный совет значительно упростил задачу. Шаман размышлял, с чего лучше начать. Наконец решил, что следует поговорить с оленем, верным проводником.
Вдруг облака расступились. По лунной дорожке спустился тот самый белоснежный олень, дружелюбно покачивая ветвистыми рогами.
- Довези меня до кроны Иггдрасиля. Хочу повторить свой путь, - взмолился Одинокий Медведь. Животное кивнуло мощной головой, взглянув заботливыми лучистыми глазами.
Как и в первый раз, шаман крепко ухватился за рога. Олень вихрем поднялся в воздух и помчался наверх, к пышной кроне Древа жизни. На толстых ветках Иггдрасиля появились почки, зачатки новой судьбы. Мимо пролетали большие увядшие и молодые сочные листья. Их тонкий стебелек, подверженный ветрам Жизни, отрывался в один миг.
Случайно шаман поймал ветку с двумя зелеными листками. Она зацепилась о ворот рубахи. Одинокий Медведь испугался. Всё-таки страшно держать в руках чьи-то судьбы. Они умирали с надеждой на спасение.
Издалека шаман увидел крону, напоминавшую шар. Она, как маяк, указывала дорогу. Шаман посмотрел на него более осмысленным взглядом.
- Прибыли, - сказал олень низким голосом. Одинокий Медведь осторожно ступил на дерево.
- Нужна твоя помощь. Ты знаешь, что я погубил Сверкающую Молнию. Теперь следует вернуть его в Царство живых. Он украл душу моей дочери. Сейчас она – при смерти.
- Чем я могу помочь? – перебил олень. – Твори новую жизнь. В воздухе животное ударило копытом, словно о твердую почву. Не успел шаман моргнуть глазом, как олень исчез.
Оттолкнувшись от ветки, Одинокий Медведь прыгнул вниз. Очутившись на земле, он увидел себя, по-прежнему сидевшим возле круглого камня. Дух стрелой помчался к своему телу. Придя в себя, шаман поднял курительную трубку, затянулся и пошел прочь.

Месяц была грациозной юной девушкой. Тяжелые смоляные волосы обрамляли правильные черты лица. Боги одарили голубыми глазами, нехарактерными для ее народа. Отец был влиятельным человеком племени, поэтому на руку и сердце дочери всегда хватало претендентов. Месяц давно хотела обзавестись семьей. Но отец с ревностью относился к этому желанию. Длительное одиночество ему напоминало смерть.
Шаман долго присматривался к молодой девушке. Тайком наблюдал за ней, сравнивая с самыми прекрасными горными цветами. Он не мог насладиться ее женственностью. Она обладала богатым внутренним миром. Одинокий Медведь видел ее своей женой. Надо было найти подход к отцу. Шаман смекнул, что влиятельный человек стремится к выгоде.
- Отдай мне Месяц, - сказал ему Одинокий Медведь.
- Шаман, что ты можешь предложить мне взамен?
- Твоя дочь родит необыкновенного сына, который станет тебе опорой. Ты получишь небывалую власть.
Отец задумался. Слишком далекой казалась ему эта перспектива.
- Ты не пожалеешь, - продолжил шаман, прочитав на его лице растерянность.
- Я стар. Жить осталось мне недолго.
- О, ты – долгожитель.
- Хм… Отец улыбнулся. Он не принял всерьез слова шамана.- Откуда тебе знать, сколько мне отведено?
- Я общаюсь с духами. Один – проведал, что ты боишься отпустить дочь. Не бойся. Одиночество – не твой удел. Старик удивился. Никто не понимал его переживаний. Шаман стал ему симпатичен.
- Говоришь, сын будет, - сказал отец, пытаясь не выдать своего замешательства.
- Станет тебе опорой, - повторил шаман, сделав на этом акцент.
- Хорошо. Бери Месяц в жены.
Улыбнувшись, Одинокий Медведь обнял старика. В знак объединения они распили чаши, до краев наполненные свежим кумысом. Месяц была удивлена резкой перемене настроения отца. Она не представляла шамана в роли своего мужа. Но Одинокий Медведь приглянулся ей. Очаровал так же, как отца.
Неспешно текли дни, как бусинки нанизываясь на нить жизни. Месяц привязалась к мужу. Она кропотливо выполняла работа по дому, заботилась о больной дочери шамана. Последнее время здоровье девочки ухудшилось. Она больше бредила и меньше спала. Одинокий Медведь знал, что настал момент действовать. Промедление грозит смертью. Постепенно шаман подготавливал жену к предстоящему ритуалу. Он рассказал ей о законах природы и открыл некоторые тайны мироздания, подарив слово-ключ. Шаман рассказал Месяц, как пользоваться этим знанием. Она научилась избавлять от негативной чужеродной энергии. Люди приходили к ней за помощью. Дом переполняли гости.
Взяв священные грибы и ореховое семечко, Одинокий Медведь и Месяц пошли к горе, напоминавшей строгое мужское лицо. В народе его прозвали «лицо справедливости». Шаман не посвятил молодую жену в ритуал.
- Я должен помочь дочери, вернув ее душу, - произнес шаман.
- Какая моя роль? Одинокий Медведь промолчал. Месяц еще раз переспросила, но не услышала ни слова. Что-либо узнать ей не удалось.
Смеркалось. Звездный свет разлился по вершинам деревьев.
- Остановимся здесь, - сказал шаман. – Энергетически сильное место. Открыв мешочек с грибами, Месяц протянула горсть мужу. Поговорив с ними, он проглотил первую порцию. На правую ладонь положил семечко и ударил в бубен. Месяц наблюдала за происходящими изменениями. Взгляд шамана стал стеклянным. Он смотрел внутрь себя, отрешившись от внешней реальности. Краски изменились, приобретя более ядовитые оттенки. Границы леса, гор размылись, словно на картину художника упала капля воды. Шаман съел вторую порцию грибов. Прислушиваясь к своему телу, он танцевал. Ритмичные звуки бубна разнеслись по округе. Они возвещали о начале таинства. Шаман то извивался, как змея, то падал ничком. Невольно Месяц погружалась в загадочный мир Одинокого Медведя. Она впала в оцепенение. Вдруг знакомая местность показалась чужой и враждебной.
Подобно воде, шаман просочился в Нижний мир. От леденящего сумрака по телу пробежала мелкая дрожь. Энергия шла сильным потоком. Не чувствуя под ногами земли, шаман побежал к корню, заключившему душу Сверкающей Молнии. Одинокий Медведь удивился, увидев тонкий, словно нить, корень. Он иссох. Дух старого шамана томился в ожидании.
- Я пришел дать тебе новую жизнь, - сказал Одинокий Медведь. В ответ – тишина.
- Слышишь меня? – повторил он. Раздалось кряхтение, будто кто-то очнулся от глубокого сна.
- Все-таки пришел, - промолвил Сверкающая Молния, отделившись от корня Иггдрасиля. Шаман разжал кулак. На ладони лежало ореховое семечко.
- Что скажешь? – спросил Одинокий Медведь.
- Смотрю, ты догадливый.
Дух Сверкающей Молнии погрузился в семя, которое ощутимо потяжелело. Звучал бубен. Он, как свет, наполнил пустоту смыслом. Живой звук возвещал о возвращении шамана.
Прижав колени к груди, Месяц смотрела в черное звездное небо. Ее сердце наполнилось песней. Прислушиваясь к каждому шороху, она ждала своего мужа. Он появился перед ней внезапно, из-под земли. Месяц опешила и хотела бежать.
- Тише ты, - сказал шаман, схватив ее за локоть.
- Я испугалась, - повинившись, ответила она. – Всё произошло внезапно. Я даже не заметила, как ты исчез.
- Подержи в руках семечко, - шаман бережно передал его.
- Почему оно такое тяжелое?
- Месяц, съешь его.
В лунном свете лицо девушки было еще прекраснее. Как огоньки, мерцали ее глаза. Скулы казались уже, а губы – более чувственными. Месяц дрожащей рукой поднесла ко рту ореховое семя. Она не решалась его съесть.
- О чем ты думаешь? – спросил шаман.
- У меня чувство, будто оно живое. Одинокий Медведь растерялся.
- Ты права.

Вскоре Месяц родила сына. Шаман начал обучать его своему ремеслу с пеленок. Мальчишка оказался смышленым. Он жадно впитывал каждое слово. Согласие с отцом выражал улыбкой, а протест – плачем.
Дочь шамана вскоре выздоровела. Люди удивлялись такой перемене. Еще недавно девочка не вставала с постели и бредила, а сейчас – бегает и играет с детьми. Одинокий Медведь стал главным шаманом, заменив Сверкающую Молнию.
На кроне Священного ясеня набухала почка, постепенно формируя новую судьбу.